В новом оформлении шоурумов они стараются превратить шопинг в сокровенный опыт.
Многие независимые ювелиры теперь предпочитают частные показы, чтобы демонстрировать свои работы клиентам. Дизайнер Брент Нил Уинстон говорит, что она старается создать ощущение домашнего уюта, чтобы люди чувствовали себя непринужденно (Clark Hodgin for The New York Times):
Когда вы заходите в шоурум Brent Neale, он больше похож на гостиную, чем на ювелирный магазин. В зонах отдыха расставлены диваны, книги и предметы декора разбросаны по всему просторному, наполненному светом пентхаусу, а на одной из стен висят картины дизайнера, выполненные гуашью по ее эскизам. На другой стене висят витрины с ее причудливыми разноцветными украшениями, выполненные на заказ, но это не главная достопримечательность.
Это пространство было спроектировано таким образом, чтобы погрузить посетителей в мир Брент Нил Уинстон. За последние годы у нее появилось более 173 000 подписчиков в соцсетях, где она рассказывает о своем образе жизни: о том, как она подбирает украшения для вечернего выхода в свет или для дневного пребывания на пляже, семейных моментах и о том, как она работает над дизайном – от эскизов до готовых изделий. А с мая, когда она открыла помещение площадью 7 000 квадратных футов на Пятой авеню в Нью-Йорке, клиенты могут познакомиться с ее миром воочию.
«Мне нравится называть это розничной торговлей в жилом стиле, – говорит Уинстон. – Когда ко мне приходит клиент, он приносит мне ювелирное изделие, которое нужно переделать, или камень, который придаст ему особый смысл, или хочет купить украшение для особого случая. Они много рассказывают мне о себе. Я хочу, чтобы у них осталось ощущение, что они тоже меня знают».
Шоурум отражает игривую и живую эстетику дизайнера. Интерьеры украшены разноцветными тканями и обоями от Pierre Frey, в детском уголке для раскрашивания есть стол и стульчики, а полки уставлены книгами о ее любимых художниках, таких как Эльсуорт Келли и Василий Кандинский.
По ее словам, поскольку ее бизнес сосредоточился на изготовлении изделий на заказ, шоурум предоставляет ей время и пространство для обсуждения вариантов дизайна с клиентами и создания эскизов идей. Как только дизайн готов, ювелиры за углом, в ювелирном районе города, изготавливают конечное изделие.
Уинстон является частью растущего движения независимых ювелиров, которые переосмысливают традиционный опыт продаж. За последние два года все больше дизайнеров открыли шоурумы по предварительной записи в городах, включая Нью-Йорк, Лондон, Лос-Анджелес и Париж, что, по крайней мере частично, было вызвано неопределенным положением дел в розничной торговле ювелирными изделиями.
В январе Saks Global (материнская компания Saks Fifth Avenue, Neiman Marcus и Bergdorf Goodman) подала заявление о банкротстве по главе 11, что позволяет предприятиям, испытывающим трудности, рефинансировать свои долги и оставаться открытыми, а не ликвидироваться. Многие дизайнеры ювелирных изделий остались с неоплаченными счетами и отмененными заказами. А некоторые опасались болезненного повторения того, что произошло, когда Barneys New York объявил о банкротстве в 2019 году, а затем закрылся в следующем году.
«Мы пережили закрытие Barneys и поняли, что нельзя класть все свои яйца в корзину другого человека, – сказала Уинстон. – У нас замечательные оптовые партнеры, но я также очень хочу инвестировать в себя».
Встреча с дизайнером
Помимо обеспечения финансовой безопасности, частный шоурум также позволяет дизайнерам контролировать показ своих работ и опыт работы с ними, выстраивая отношения с клиентами. Модель «по предварительной записи», отмечают они, создает ощущение приватности и эксклюзивности, которое не могут воспроизвести традиционные магазины розничной торговли.
Они утверждают, что это прямо противоположно тому, что произошло с большинством розничных продавцов предметов роскоши, которые открыли крупные магазины с кафе в городах по всему миру.
Однако такой подход, основанный на предварительной записи, не является чем-то новым. Такие элитные Дома, как Тaffin Джеймса де Живанши; Joel A. Rosenthal, более известный как JAR, и Glenn Spiro, в течение многих лет продавали товары почти исключительно частным лицам. А в конце 2024 года, после 130 лет работы магазина в Мюнхене, ювелирный Дом Hemmerle переехал на верхний этаж, чтобы более лично взаимодействовать с клиентами, как тогда говорили владельцы.
Разница теперь в том, что модель «по предварительной записи» больше не предназначена только для Домов премиум-класса.
Продолжение следует…
Источник информационного материала и иллюстраций: https://www.nytimes.com/2026/07/05/fashion/jewelry-designers-showrooms-brent-neale.html