Линейка Sweet Butterflies («Милые бабочки») пополнилась украшениями, в которых акцент сделан на двух эффектных камнях насыщенных синих тонов — бирюзе и лазурите. Изделия выполнены из желтого золота; в их числе — серьги с бирюзой, ожерелье с подвеской и браслет. Благодаря миниатюрному размеру браслет можно носить по-разному, в том числе сочетая его с украшениями из знаковых коллекций бренда — Alhambra («Альгамбра») или Perlée («Перле»).

Благодаря своему узнаваемому силуэту и переливающимся цветам, образ бабочки особенно выразительно смотрится в виде броши-зажима — что наглядно продемонстрировала серия украшений высокого ювелирного искусства, представленная в поместье Lotusland.
Еще в 1970-х годах ювелирный дом начал применять свою фирменную технику «невидимой закрепки» (mystery setting), чтобы передать радужное сияние крыльев бабочки. Эта уникальная технология, впервые представленная брендом в 1933 году, позволяет закреплять камни на золотой основе таким образом, что они полностью покрывают поверхность, придавая ей бархатистый блеск.
Еще одна техника, которую Van Cleef & Arpels использует для создания ярких образов на крыльях бабочек, — японский лак. Уже более 20 лет ювелирный дом сотрудничает с японским мастером Дзюнити Хакосэ (Junichi Hakose) в рамках коллекции Lacquered Butterfly («Лакированные бабочки»), состоящей из уникальных произведений. В этих изделиях, напоминающих японскую живопись или детализированные миниатюрные пейзажи, французское мастерство гармонично сочетается с традиционными японскими ремеслами. Сначала бабочек создают во Франции из золота, перламутра и бриллиантов, а затем отправляют в Японию, где в своей мастерской в городе Вадзима Хакосэ декорирует их вручную.
Компания Van Cleef & Arpels, входящая в состав люксовой группы Richemont (владеющей также ювелирным домом Cartier и часовыми брендами Vacheron Constantin и Jaeger-LeCoultre), в последние годы демонстрирует устойчивый рост. В то время как сегменты моды и изделий из кожи в индустрии роскоши пострадали из-за спада на ключевых рынках — например, в Китае, — ювелирные дома практически не ощутили негативного влияния. Потребители предметов роскоши стали более разборчивыми и теперь высоко ценят долгосрочную значимость своих приобретений.
Хотя успех Van Cleef & Arpels долгие годы во многом зависел от популярности коллекции Alhambra, сегодня стало как никогда важно раскрывать другие грани творческого мира бренда и привлекать внимание к менее известным произведениям из его богатого наследия.
«Эти знаковые образы существовали всегда, и они заслуживают того, чтобы их увидели, — отмечает Ренье. — Для дома важно демонстрировать все грани своего творчества. Помимо Alhambra, существует целая вселенная идей, и бабочка — один из ее естественных символов. В прошлом году мы также много говорили о цветочных мотивах и коллекции Perlée. Нам есть чем поделиться в плане мастерства и техники — это неотъемлемая часть истории дома. Подобные проекты позволяют по-особому взглянуть на этот мотив в уникальном контексте. Это дань уважения бабочке, которая на протяжении 120 лет служит для нас источником вдохновения».
Van Cleef & Arpels отмечает 120-летнюю историю образа бабочки в своем творчестве. Часть 1
Источник информационного материала и иллюстраций: https://www.scmp.com/magazines/style/luxury/jewellery/article/3374997/van-cleef-arpels-celebrates-its-120-year-butterfly-legacy-montecito-california?pgtype=topic